The National Interest (США): есть ли у России «красные линии» в Сирии?

Следите за публикацией новых материалов в MAX, Telegram, ВК

Турецко-российское соглашение, заключенное в Сочи, повысило роль Москвы как одной из решающих политических сил и зафиксировало сокращение присутствия США на северо-востоке Сирии. Хотя сочинское соглашение считается очередной победой Путина, последующие события могут оказать негативное влияние на его грандиозные планы, считает автор.

«The National Interest», США

Турецко-российское соглашение, заключенное недавно в Сочи, одновременно повысило роль Москвы как одной из решающих политических сил и зафиксировало сокращение присутствия США на северо-востоке Сирии. В соответствии с соглашением, присутствие российских войск и армии Дамаска распространяется на территорию к востоку от реки Евфрат, что происходит впервые с 2015 года. Хотя сочинское соглашение считается очередной победой Путина (который стремится возродить былую славу советской империи), последующие события в принципе могут оказать негативное влияние на его грандиозные планы.

Военное участие Москвы в гражданской войне в Сирии по официальной просьбе президента Сирии Башара Асада началось в сентябре 2015 года. Цель поддержки Асада и оказания ему помощи в возвращении утраченных территорий к западу от реки Евфрат (за исключением удерживаемых Турцией городов Африн, Джараблус и Эль-Баб) была достигнута с помощью широкого использования сокрушительной российской авиации, которая без разбора бомбила и уничтожала такие удерживаемые повстанцами города, как восточная Гута, восточный Алеппо, Пальмира и Хомс. К концу 2017 года в результате примерно 34 тысяч боевых вылетов было уничтожено более 96 тысяч целей. В ходе двухлетней воздушной кампании участие российских пехотных войск оставалось минимальным и на уровне консультаций в местах боевых действий. Однако в результате заключенного недавно в Сочи соглашения ситуация изменилась. В соответствии с пятым пунктом соглашения, российско-турецкие и российско-сирийские силы будут осуществлять совместное патрулирование вдоль турецкой границы. Это означает увеличение российского военного присутствия в стране. Впервые российские военнослужащие начнут патрулировать территории, расположенные восточнее Евфрата — вне привычной для себя среды. Это должно беспокоить Москву.

Если и есть что-то, что может заставить президента России Владимира Путина потерять сон, то это всплеск исламского повстанческого движения за независимость, особенно на Кавказе, в регионе, в котором доминирующее положение занимают чеченцы, и который в 1990-е годы преподал России серьезные уроки. Оправдывая неизбирательные авиаудары, Путин заявил в 2015 году: «Более двух тысяч боевиков, выходцев из бывшего Советского Союза, находятся на территории Сирии. Есть угроза, что они к нам вернутся. Так чем ждать, пока они к нам вернутся, лучше помочь Асаду бороться с ними там, на территории Сирии». В 2017 году считалось, что их число составляет около четырех тысяч. Увеличение присутствия российской пехоты в Сирии неизбежно повышает вероятность нападения на российских военнослужащих. Сегодня, после восьмилетней войны в Сирии, сирийские вооруженные силы истощены и не в состоянии восстановить власть Дамаска в отдаленных районах страны. Поэтому Москва, скорее всего, будет направлять туда дополнительные войска. Это означает, что вероятность того, что российские военнослужащие подвергнутся нападениям, будет еще выше. Достаточно одной резонансной атаки с использованием СВУ и нескольких жертв среди россиян, чтобы Путин оказался втянутым в «нисходящую спираль», и ситуация начала резко ухудшаться, как это было в Афганистане 1980-х и в Чечне 1990-х годов. Нужно иметь в виду, что такое обострение ситуации может спровоцировать еще один мятеж в России, где и без того неспокойный кавказский регион является взрывоопасным «котлом», который держат под контролем близкие друзья Путина, такие как Рамзан Кадыров. Путин, должно быть, знает об этом, поскольку пехота, назначенная им для совместного патрулирования вдоль турецкой границы — это триста российских военных полицейских из Чечни. Наконец, можно только гадать, к чему приведет поддержка шиитского диктатора Сирии силами военнослужащих из самого радикального суннитского региона России. Последствия этого в России еще впререди.

Все более активное и непрерывное участие в гражданской войне в Сирии будет означать и увеличение финансового бремени, истощающего и без того нестабильную российскую экономику. Поскольку нефтяные месторождения Сирии в районе Дейр-эз-Зора теперь находятся под контролем США, у Путина осталось не так уж и много возможностей в Сирии, чтобы компенсировать затраты. Он также не может особо полагаться на своего союзника — Иран. Тегеран тратит порядка 6-8 миллиардов долларов ежегодно, чтобы удержать Асада у власти, при том, что из-за слабой иранской экономики обостряется и ситуация внутри страны. Свидетельством этого являются акции протеста, во время которых иранские протестующие скандировали: «Убирайтесь из Сирии! Подумайте о нашем бедственном положении!». Чтобы финансировать свою войну в Сирии Москве приходится сокращать расходы на образование, здравоохранение и другие социальные фонды в России. Помимо Сирии, Россия с 2008 года проводила дорогостоящие военные интервенции в Грузии, на Украине и в Крыму. Например, в Крыму Кремль инвестировал свыше пяти миллиардов долларов в инфраструктурные проекты, в том числе строительство и реконструкцию дорог, больниц, школ. Кроме того, Путин вкладывает средства в Венесуэлу, пытаясь удержать Николаса Мадуро у власти, чтобы не потерять в этой стране российские инвестиции, объемы которых оцениваются примерно в 25 миллиардов долларов.

Эти кампании и великодержавные устремления — не единственное, что влечет за собой материальные издержки для российской экономики. Аналитики издания «Блумберг Экономикс» (Bloomberg Economics) подсчитали, что из-за санкций, особенно тех, что связаны с вторжением в Крым, экономика России за последние пять лет сократилась на целых 6%. Все это начало негативно сказываться на «наследии» Путина у него в стране. Ослабление экономики, коррупция, мрачные демографические реалии и повышение пенсионного возраста побудили россиян выйти на улицы. Особенно бросается в глаза то, что в сентябре путинская партия «Единая Россия» понесла серьезные потери на выборах в Мосгордуму. И это произошло, несмотря на повсеместное подавление оппозиции. Опрос, проведенный в начале этого года российским государственным центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ), показал, что общественное доверие к Путину составляет 33%, что является самым низким уровнем с 2006 года.

Недавний вывод американских войск с северо-востока Сирии и последующий приход России в этот регион укрепили представление о том, что Путин является «новым шерифом в Сирии». Он кажется сильнее, чем когда-либо. К сожалению, взвалив на себя тяжелую ношу в своих великодержавных устремлениях, Россия, возможно, достигла предела своих возможностей в Сирии. Так что решение Дональда Трампа вывести американские войска может ознаменовать начало эпохи бесконечных российских войн.

https://inosmi.ru