Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
«Вашингтон пост» пишет о книге бывшего заместителя госсекретаря по связям с общественностью при Обаме. Статья рассказывает, как журналист-идеалист после работы в забюрократизированном госаппарате США превратился в ничего не понимающего скептика. Когда речь заходит о Рашагейте, автор книги делает колкое замечание, что Си-Эн-Эн сделала для победы Трампа больше, чем российское вмешательство.
Бывший редактор журнала «Тайм» Ричард Стенгел (Richard Stengel), ставший заместителем госсекретаря по вопросам публичной дипломатии, пишет, что когда-то он был «идеалистом» в области информации. Он полагал, что на рынке идей правда в конечном счете обязательно возьмет верх. Больше он так не считает.
«Думаю, все мы сейчас знаем, что это несбыточная мечта, — пишет Стенгел в своих тревожных мемуарах о трех годах, проведенных им на линии коммуникационного фронта. — К сожалению, факты желтым цветом никто не выделяет. Лживое предложение читается точно так же, как и правдивое. Воевать правдой против лжи недостаточно; правда не всегда побеждает».
Эта книга несет в себе резкое и пугающее послание: Соединенные Штаты проигрывают России битву в «информационном пространстве», как она сама выражается. Жестокий парадокс интернета, который когда-то гордо называли освободительной силой, заключается в том, что он расширяет возможности государств, контролирующих информацию, и ослабляет тех, кто позволяет ей поступать свободно и беспрепятственно.
Книга Стенгела, которая выйдет в октябре, называется «Информационные войны. Как мы проиграли глобальную битву против дезинформации, и что с этим можно сделать» (Information Wars: How We Lost the Global Battle Against Disinformation & What We Can Do About It). К сожалению, первая половина подзаголовка более убедительна, чем вторая. Это рассказ о том, как государственная бюрократия, инерция и прежде всего внутренние ограничения открытого демократического общества сделали Америку столь уязвимой для тайных действий в интернете.
Стенгел был главным редактором «Тайм» и очень авторитетным журналистом. Поэтому, когда он в 2014 году пришел в администрацию Обамы, чтобы руководить в Госдепартаменте связями с общественностью и коммуникациями, это выглядело как похвальный риск для обеих сторон. В сферу его полномочий входила борьба с антиамериканской информацией и пропагандой. Но эта работа стала ярким примером того, почему власть не работает.
«Я обнаружил, что государственная власть слишком большая, слишком медлительная, слишком забюрократизированная. Она постоянно сама себе мешает, — пишет Стенгел. — Мечта человека со стороны прийти и реформировать эту власть так и остается мечтой».
Когда Стенгел принялся за новую работу, самой важной задачей было противодействие экстремистской пропаганде той силы, которая стала «Исламским государством»*. Это болезненная история. В Госдепартаменте было подразделение под названием Центр стратегических контртеррористических коммуникаций, который был создан в 2011 году госсекретарем Хиллари Клинтон. «С самого первого момента своего существования ЦСКК был проблемным ребенком», — пишет Стенгел. Чиновники недостаточно финансировали его, не понимали суть его работы и не доверяли ему.
Пока ИГИЛ* буйствовал в онлайне, ЦСКК проводил дискуссии и совещания. Те задачи, которые можно было выполнить за несколько недель, занимали несколько месяцев. Другие ведомства мешали и ставили палки в колеса всему тому, что угрожало их собственной территории. Во время одного затянувшегося совещания какой-то генерал прошептал Стенгелу: «Я знаю, как уничтожить ИГИЛ*. Надо втянуть его в межведомственный процесс».
Стенгел откровенно признает, что администрация Обамы очень медленно реагировала в 2016 году на российские манипуляции с выборами. «Масштабы российской дезинформации были таковы, что нам не хватало сил и возможностей должным образом на нее реагировать», — пишет он. Стенгел отмечает странную схожесть между тайной российской пропагандой и темами предвыборной кампании Трампа.
Но он не верит, что российское вмешательство в 2016 году было решающим. «Я по сей день не вполне уверен в том, какое воздействие оно оказало, — пишет Стенгел. — Российская пропаганда велась с большим размахом, но ей недоставало глубины». Далее он делает очень остроумное и колкое замечание: «Показывая по телевидению предвыборные речи Трампа на сотни часов, Си-Эн-Эн сделала для его победы на выборах намного больше, чем телевизионная станция Russia Today.
Стенгел пишет о нашей незащищенности от зарубежных и внутренних манипуляций. Но анализируя вопрос о том, что делать с недостатками демократии, он предлагает мало рецептов. Он утверждает, что к «Фейсбук» и прочим компаниям социальных сетей надо в большей степени относиться как к издательствам, сохраняя им иммунитет от судебного преследования лишь в том случае, если они будут удалять лживый или вредный контент. Точно так же он хочет заставить поисковики объяснять, с помощью каких алгоритмов они показывают контент.
«Я не верю, что у государства есть ответы», — удрученно пишет Стенгел. Он ратует за саморегулирование экосистемы, от которой зависят журналисты и рекламщики. Он приветствует появление новых систем по составлению рейтингов новостей и использование искусственного интеллекта для обнаружения и удаления ложного контента. А еще Стенгел призывает новостные организации избегать бездумных «клик-наживок» и «спонсорского контента», которые имитируют новости.
Книга «Информационные войны» должна стать сигналом тревоги. Ее главный месседж состоит в том, что открытое демократическое общество отступает. Существует только одна сила, способная спасти ситуацию (о ней сегодня говорят слишком мало). Эта сила — читатели и посетители сайтов, потребляющие информацию. Их выбор имеет решающее значение.
В итоге люди получат те новостные СМИ, которые они заслуживают. Если они будут потреблять ложную информацию, этой лжи будет становиться все больше.
* — запрещено в России.
Дэвид Игнатиус (David Ignatius)
https://inosmi.ru