Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
От СССР, который первым признал Саудовскую Аравию, и до современной деликатной политики
«Advance», Хорватия
14 июня российские и саудовские футболисты открыли 21-й по счету чемпионат мира по футболу. За игрой своих сборных наблюдали президент России и саудовский принц. Игрой открытия, в которой Россия победила со счетом аж 5:0, лидеры воспользовались для того, чтобы еще раз поговорить об укреплении партнерства, у которого, несомненно, большое будущее.
Принц Мухаммед ибн Салман и Владимир Путин наладили тесные рабочие отношения. Во время предыдущей встречи год назад Путин публично поблагодарил Мухаммеда за его готовность к сотрудничеству. Вряд ли стоит ожидать, что сборные России и Саудовской Аравии выделятся на чемпионате мира по футболу в этом году, и тем не менее отношения лидеров России и Саудовской Аравии окажут долгосрочное воздействие на отношения этих стран, а также на весь мир. Они могут основывать свои отношения на нефтяных и политических интересах на Ближнем Востоке, а кроме того, на противостоянии Соединенным Штатам.
Нефтяная промышленность всегда связывала две страны. На протяжении большей части современной истории Россия, которая не является членом ОПЕК, а допущена к участию только в роли наблюдателя, в основном старалась ограничить добычу нефти, а саудовцы хотели использовать свои огромные нефтяные резервы для борьбы с Ираном. У него тоже есть много нефтяных месторождений, однако они труднодоступны, поэтому Тегерану нужны более высокие цены на нефть, чтобы развивать свою экономику и получать больше выгоды от продажи каждого барреля. Добыча больших объемов нефти и поддержание невысоких цен — вот те основные средства, с помощью которых Саудовская Аравия ограничивала иранское влияние.
В 2014 году цены на нефть упали до рекордно низких 30 долларов за баррель, и богатые нефтью государства были вынуждены что-то предпринять. В последнее время на отношения двух стран влияет договор, который был подписан в ноябре 2016 года и ознаменовал собой крутой поворот. Дело в том, что Россия, Саудовская Аравия и другие страны-импортеры нефти договорились о снижении объемов производства. За этим последовали многочисленные договоренности и соглашения между нефтяными компаниями России и Саудовской Аравии, а также был создан энергетический инвестиционный фонд в размере одного миллиарда долларов вместе с высокотехнологичным инвестиционным фондом тоже размером один миллиард долларов.
В последние недели стоимость нефти росла (сейчас она составляет около70 долларов за баррель) из-за решения Трампа возобновить санкции против Ирана и из-за нестабильности на Ближнем Востоке и в Венесуэле. Поэтому неслучайно, что во время недавнего визита саудовского принца в Россию его сопровождал министр нефти Халид Аль-Фалих, который провел переговоры со своим российским коллегой Александром Новаком. Москва и Эр-Рияд стремятся согласовать свои позиции перед важнейшим саммитом ОПЕК в Вене. Ситуацию осложняет то, что Россия и Саудовская Аравия столкнутся с отсутствием консенсуса между 24 государствами, подписавшими договор в 2016 году.
Тем более россиянам будет сложно согласовать собственные интересы с интересами Тегерана, чья нефтяная добыча в следующем году, вероятно, снизится до 900 тысяч баррелей, так как американцы вновь вводят санкции против Ирана. В подобных условиях он хотел бы экспортировать как можно больше нефти, пока еще может, и пока цены еще высоки, однако Москва и Эр-Рияд хотят этому помешать, так как добиваются увеличения объемов мирового производства нефти. Россияне и саудовцы договорились о необходимости увеличения добычи, и детали этой договоренности общественности только предстоит узнать. Все это свидетельствует о том, что именно энергетические интересы крепче всего связывают две страны. Россия и Саудовская Аравия являются нефтяными сверхдержавами, которые вместе производят четверть мировой сырой нефти. Саудовская Аравия занимает второе место в мире по разведанным нефтяным запасам (266 миллиардов баррелей), а Россия занимает восьмое место (80 миллиардов баррелей).
В 2016 году российско-саудовский торговый оборот составлял около 500 миллионов долларов (российский экспорт достиг примерно 350 миллионов долларов, а саудовский экспорт в Россию — около 150 миллионов долларов). Россияне больше всего экспортировали продуктов питания (70%), химической продукции (13%), древесины (7%). Саудовцы больше всего экспортировали продукции химической промышленности (95%). Максимальными темпами росли инвестиции в нефть, газ и сельское хозяйство. Российский Лукойл и Стройтрансгаз укрепляют свои позиции на саудовском рынке.
Мнения России и Саудовской Аравии по многим ближневосточным проблемам диаметрально противоположны. В Сирии Россия поддерживает правительство Башара Асада, а саудовцы — суннитские повстанческие группировки. Для россиян крайне важно сохранение Сирии Асада, где у них есть военные базы, в каком угодно виде. Для саудовцев же свержение Асада означало бы перераспределение сил в регионе в пользу Саудовской Аравии. И здесь кроется главная проблема в российско-саудовских отношениях.
Самая серьезная проблема — это Иран, который является препятствием и камнем преткновения для сотрудничества двух стран. Интересно, что в последнее время после российско-саудовских встреч в официальных билатеральных сообщениях ни слова не говорится об Иране. Однако, несомненно, за закрытыми дверями его обсуждают, тем более что саудовцы считают Иран самой большой угрозой для существования их государства и его влияния в регионе. Можно предположить, что недавно Иран не был основной темой разговора, но руководству Саудовской Аравии хорошо известно: Россия — ключевой иранский партнер, способный оказать судьбоносное влияние на Иран. Вмешавшись, россияне могут «обуздать» иранцев и заставить изменить внешнюю политику. Саудовцы открыто называют Иран большой угрозой миру и стабильности Леванта, но россияне не считают Иран разрушительным фактором. Более того, высокопоставленные российские руководители стремятся к созданию региональной организации по безопасности, в которую вошли бы обе страны.
Конфликты Ирана с его соседями, как подтверждают тенденции, в итоге могут изменить баланс сил в регионе в ущерб Ирану. Например, Израиль оказал большое давление на иранские отряды, которые поддерживают сирийское правительство, и они «нажали» на Россию, чтобы та занялась поиском консенсуса с Тель-Авивом в вопросе иранского присутствия в сирийской войне. Якобы это привело (если судить по слухам) к российско-израильскому договору, по которому Москва упростит выход иранских сил из южных регионов Сирии. Израильские дипломатические атаки на Иран, вполне вероятно, повлияли и на саудовцев, поэтому в российской политике в отношении Ирана все больше попустительства, то есть постепенно россияне перестают держаться одной с иранцами стороны. Поэтому настал идеальный момент для того, чтобы разделить двух ключевых союзников Асада. Всего за день до встречи Путина с саудовским принцем премьер Ливана Саад Харири (в последнее время он особенно критикует Иран и является личным другом принца Мухаммеда) тоже встретился с российским президентом и, скорее всего, поделился с ним своими мыслями по поводу «иранской угрозы».
Еще одна проблема, влияющая на отношения Москвы и Эр-Рияда, но менее значимая, — это Катар. Вот уже год, как продолжается саудовская кампания дипломатической и экономической изоляции Катара из-за выдуманных обвинений в том, что Доха поддерживает террористические группировки. Обе стороны предпринимали попытки вовлечь Россию в саудовско-катарский конфликт, но Москва сознательно сохранила нейтралитет. Летом 2017 года Доха и Эр-Рияд пошли в дипломатическое наступление на Россию. Так, в октябре прошлого года Москву посетил даже саудовский король Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд. Но все напрасно. Оказалось, что саудовская блокада Катара не приносит результатов, поэтому недавно Салман отправил письмо французскому президенту Макрону, в котором пригрозил принять военные меры, если катарцы приобретут российские зенитные ракетные системы С-400. Хотя российская поставка этих комплексов находится лишь на начальной стадии, попытка Эр-Рияда вмешаться в российско-катарские отношения может обеспокоить российское государственное руководство. Это, несомненно, может, в свою очередь, навредить российско-саудовским отношениям, поскольку, как кажется, эти попытки координируют Соединенные Штаты Америки. Тем же способом они пытаются помешать российской поставке С-400 в Турцию.
Несмотря ни на что, Эр-Рияду нужно сотрудничество с Россией. Королевство столкнулось с экономическими проблемами, и ему необходимо вложить значительную часть бизнес-капитала и инвестиций, чтобы реализовать свой «Саудовский план до 2030 года». Согласно ему, должна сократиться зависимость страны от нефти, а экономика диверсифицироваться. Также предполагается развивать сферу услуг, инфраструктуру и туризм. Кроме того, саудовские лидеры хотят увеличить цены на нефть перед тем, как акции их национальной нефтяной компании Saudi Aramco начнут торговаться на мировых биржах. Не менее важно и то, что саудовское руководство продолжать диверсификацию своей внешней политики, чтобы меньше зависеть от американцев, несмотря на помпезный визит Трампа в Королевство в 2017 году. С Трампом никогда ни в чем нельзя быть уверенными, и неудивительно, что страны по всему миру стараются найти альтернативы для себя. Не стоит отдельно подчеркивать, с каким радушием и нескрываемым удовольствием Россия встречает предложения о сотрудничестве от самых разных стран мира, в особенности, если до недавнего времени они были главными американскими партнерами.
Российско-саудовские отношения стремительно развиваются, но, как кажется, они сегментированы. Так, Россия и Саудовская Аравия решают вопросы, в которых обе заинтересованы, и по поводу которых у каждой есть свое мнение. Что касается тех вопросов, по которым их точки зрения расходятся, то два государства их просто игнорируют и отодвигают на задний план. Нестабильность на энергетических рынках, разумеется, является тем фактором, который значительно способствует укреплению билатеральных отношений. Ведь две нефтяные сверхдержавы оказались в одинаковом положении и стараются найти прагматичное решение, которое устраивало бы их обеих. Главный вопрос звучит так: насколько экономически выгодный союз, базирующийся на нефти, может превозмочь политические разногласия.