Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
«Stratfor», США
Войны сегодня — не такие, какие были раньше. Наверное, это нигде так не проявляется, как в продолжающейся борьбе России с Западом за сферы влияния, которая, судя по всему, теперь ведется скрытно так же часто, как в открытую. На заре цифровой эпохи конфликты между великими державами уже не ограничиваются полями битвы и выходят в киберпространство, Кремль принимает это с распростертыми объятиями, совершенствуя свои способности ведения гибридной войны.
Возможно, в наши дни термин «гибридная война» в моде, но он используется уже не одно столетие. Так или иначе, она была характерной чертой наполеоновских войн, революций в Северной и Южной Америке, а также холодной войны, что проявлялось в виде сочетания традиционных и нетрадиционных тактик.
Но в последнее время на фоне развития технологий и массовых коммуникаций эта концепция была переосмыслена, и сам характер гибридной войны изменился за счет введения таких элементов, как тролли, боты и «хактивисты». По поводу определения этого термина ведутся споры, однако сегодня в гибридной войне (по крайней мере, в рамках данного анализа) помимо традиционных войск, военизированных формирований, карательных экономических мер, политических манипуляций, а также пропаганды и распространения дезинформации могут быть задействованы в любом количестве и инструменты, существующие в киберпространстве. А поскольку затраты, связанные с обычным конфликтом, увеличились, возросло и значение гибридной войны в качестве инструмента в международных отношениях.
Натравить Запад против самого себя
Инициатором этого движения является Россия. После того как Россия пришла в себя после распада Советского Союза и в середине 2000-х годов возродилась как региональная держава, она широко использует гибридную войну в качестве основного элемента своей стратегии национальной безопасности, особенно в отношениях с Западом. Россия уже не обладает превосходством по обычным вооружениям, необходимым для того, чтобы в психологическом противостоянии быть в более выгодном положении, чем Организация североатлантического договора (НАТО), и вернуть себе территории, потерянные в результате распада социалистического лагеря. Поэтому ей приходится прибегать к другим средствам, позволяющим в максимальной степени увеличить свои преимущества и минимизировать свои недостатки и уязвимости.
Российские власти даже заранее намекнули о своем намерении осуществить эти атаки. В марте 2014 года, за несколько дней до того, как Россия аннексировала Крым, главный советник Кремля Владислав Сурков опубликовал под псевдонимом Натан Дубовицкий рассказ-антиутопию, в котором описано будущее войн. Он пишет: «Это была первая нелинейная война. В примитивных войнах XIX и XX веков дрались обычно две стороны. Две нации. Два временных союза. Теперь столкнулись четыре коалиции. И не то, что двое надвое. Или трое против одного. Нет. Все против всех».
Власть относительна
Хотя способ и степень активности использования Россией гибридных войн с годами изменились, ее мотивы остаются прежними. В силу своего географического положения страна на своем западном фланге уже давно уязвима. Ведь от крупнейших европейских держав Россию отделяет лишь обширная Среднеевропейская равнина, и других физических барьеров между ними немного. В итоге приграничные земли, оказавшиеся между ними, традиционно являются территорией, являющейся предметом постоянного соперничества и конфликтов.
Так исторически сложилось, что близкое расположение и взаимная уязвимость России и Европы стали причиной политического маневрирования и военного вторжения в обоих направлениях. От похода Наполеона на Москву в XIX веке до нацистского вторжения в Советский Союз и последующего «продвижения» СССР в Германию в годы холодной войны, Россия и Европа соперничали, стремясь создать свои сферы влияния. Появление на международной арене Соединенных Штатов и их объединение с Западной Европой против России лишь усилило это противостояние. Хотя с окончанием холодной войны непосредственная угроза военного конфликта между Россией и Западом исчезла, их соперничество не прекратилось. В действительности о его прекращении не было даже речи: расширение Евросоюза и НАТО за последние десятилетия лишь напоминают России об угрозе, которая могла бы оказаться вполне реальной и которая маячит на пороге.
В конце 2000-х годов Россия начала частично восстанавливать свой былой статус — отчасти благодаря консолидации власти в руках российского президента Владимира Путина, экономическому подъему, вызванному высокими ценами на нефть и тому, что Соединенные Штаты занимались Ближним Востоком. Благодаря своему триумфальному возвращению Россия получила возможность противодействовать тому, что, по ее мнению, было посягательством Запада на ее периферию. Но ее успех был недолгим: на Украине произошло восстание Евромайдана, и Россия в очередной раз попыталась защитить свои интересы. Запад ввел против нее санкции и начал наращивать свое военное присутствие (в Европе). С тех пор напряженность в отношениях между Россией и Западом возросла, и Москва в попытке добиться преимущества и утвердить свое господство начала гибридную войну.
И именно так Россия и намерена использовать эту тактику — в качестве средства укрепления собственной власти и влияния по сравнению с властью и влиянием Запада. Москва надеется ослабить и подкосить своего противника, дестабилизируя западные правительства, провоцируя конфликты между европейскими государствами, ослабляя трансатлантическую солидарность и препятствуя интеграции стран с Западом.
Все эти усилия России направлены на решение своих трех важнейших стратегических задач. Первая заключается в том, чтобы защитить свои центры власти в Москве и Санкт-Петербурге. Вторая, международная, задача России состоит в том, чтобы воспрепятствовать иностранному влиянию на страны, расположенные у ее границ, тем самым подготовив условия для решения третьей задачи. То есть расширения сферы влияния Кремля до ключевых и важных в тактическом отношении точек — таких, как труднопреодолимые горные массивы или выход в открытое море. Учитывая, что на открытом пространстве между Россией и Европой таких тактически важных точек немного, постоянному противодействию между Москвой и Западом на Европейском континенте не видно конца и края. А поскольку Россия больше не в состоянии демонстрировать свою глобальную мощь и влияние, на которые она претендовала в советское время, она все чаще будет прибегать к гибридной войне в качестве наилучшего способа компенсировать свою слабость и подточить силы своих врагов.