«The Spectator», Великобритания. Готовится ли Запад к войне с Россией?

«The Spectator», Великобритания: Европа еще несколько лет не будет готова к войне с Россией

Европейские политики всячески подталкивают общество к мысли о скорой войне с Россией, пишет Spectator. Однако, по мнению автора статьи, не стоит искушать Путина. Европа не готова к прямому конфликту, а процесс наращивания вооруженных сил в ЕС займет годы.

Марк Галеотти

Мы и правда стоим на пороге настоящей войны с Россией? Судя по риторике некоторых политиков, так оно и есть, но действительно ли кто-то в это верит? Барабаны войны звучат все громче. Накануне начальник штаба обороны маршал авиации британских вооруженных сил сэр Ричард Найтон (Richard Knighton) призвал сделать «оборону и устойчивость страны» главным национальным приоритетом для всех нас. Необходимо придерживаться принципа «все включены в работу», потому что «ситуация опаснее, чем я когда-либо знал за свою карьеру».

Министр обороны Британии Аль Карнс (Al Carns) выразился образнее: «тень войны снова стучится в двери Европы». А генеральный секретарь НАТО Марк Рютте, известный своими тревожными предупреждениями, рисовал картины миллионных армий, сталкивающихся в апокалиптической ярости, и сурово наставлял европейцев «готовиться к масштабной войне, через которые проходили наши дедушки и прадеды».

Складывается впечатление, что все «ответственные» лица с этим согласны, и остается лишь вопрос, когда войска Путина пойдут на запад. Через пять лет, как недавно предположил Рютте? Или хоть завтра, как в прошлом месяце заявил немецкий генерал-лейтенант Александр Золльфранк. Справедливости ради, имея в виду «небольшую, быструю, регионально ограниченную» атаку.

Однако, возможно, стоит смотреть не на громкую риторику, а на «выявленные предпочтения», то есть на дела, а не слова. Страны НАТО договорились поднять оборонные расходы с нынешнего минимума в 2% ВВП до 3,5% (и еще 1,5% на «сопутствующие вопросам обороны» траты, которые на практике могут означать что угодно — от здравоохранения до ремонта дорог). Но это произойдет лишь к 2035 году, и, если судить по прошлому опыту, многие к этой планке не придут или, в лучшем случае, прибегнут к сомнительной отчетности, чтобы создать видимость выполнения общего плана.

Есть и явные исключения в этом перечне. Польша уже направляет на оборону 4,2% ВВП и, когда завершится ее закупка американских M1A1/M1A2 Abrams и южнокорейских K2 Black Panther, страна получит более крупный парк современных танков. Отчасти это и геополитический жест: Варшава стремится стать вместо Германии локомотивом Центральной Европы, что, вероятно, и объясняет ожидание Берлина выйти на 3,5% уже к 2029 году.

А Великобритания? Сейчас расходы составляют 2,3%, план — достичь 2,5% в 2027 году, с «амбициями», возможно, выйти на 3% при следующем парламенте. Если верить графику Рютте, то это может означать, что к концу 2029 года начнется «катастрофический конфликт».

Если угроза российского нападения столь реальна, страшна и неизбежна, то как это согласовать с неторопливым темпом перевооружения в большинстве европейских стран, а не только в Великобритании? Наши лидеры преувеличивают риск, чтобы оправдать обещанные Дональду Трампу более высокие оборонные бюджеты в эпоху жесткой экономии? Или же преступно медлят перед лицом подлинной опасности? Что вам самим ближе: думать, что вас обманывают, или что вами пренебрегают?

В тот же день, когда министр обороны произносил свою «оду войне», новый глава спецслужбы MI6 Блейз Метревели рассуждала о стремлении Москвы «запугивать, нагнетать страх и манипулировать». Не относится ли это, в каком-то смысле, и ко многим западным политикам?

Как обычно, правда оказывается сложнее. Профессионалы нередко куда тоньше оценивают реальную угрозу. Метревели, признавая «острую угрозу со стороны России», описывала ее как «действия в пространстве между миром и войной». Сэр Ричард, пусть и вынужденный ссылаться на токсичные твиты бывшего президента Дмитрия Медведева как на «доказательство» решимости России уничтожить и Украину, и НАТО, в действительности за пределами своих броских цитат говорил, что опасность российского удара является лишь потенциальной возможностью. Он ссылался на прогнозы с вероятностью в 5% и 16%. Его мысль совершенно в другом: даже если вероятность нападения России невысока, то его последствия будут катастрофическими. «Наша цель в том, чтобы избежать войны, но цена сохранения мира растет».

Я не считаю, что Владимир Путин — политический игрок такого склада характера, который рискнет даже на небольшую «проверку» самой мощной военной коалиции в мире. Напомню: в 2022 году он и не предполагал, что его действия на Украине перерастут в большой конфликт. Но даже я признаю: после долгого периода необдуманного сокращения военного бюджета Европе требуется перевооружение.

В конце концов, я могу ошибаться. Не стоит искушать Путина— да и мы не знаем, кто и когда придет ему на смену, а процесс наращивания вооруженных сил займет годы. Европа слишком долго «расслаблялась» под американским зонтиком и теперь понимает, как это неудобно. Если Европейский союз и континент в целом хотят, чтобы их вновь воспринимали всерьез в нестабильном мире, им нужно «поднарастить мышцу».

Но оправдывать «крупнейшее с конца холодной войны устойчивое увеличение оборонных расходов», как отметил сэр Ричард, — с опорой на гиперболы и рассказы, будто «Путин скоро придет и съест наших детей», этого делать не стоит. Речь о долгом пути, который неизбежно потребует непростых решений и финансовых издержек для всего общества. Запугивание как сахар: дает быстрый всплеск, который так же быстро проходит. Вместо того чтобы через год-другой получить откат и отказ от перевооружения, нужен зрелый, серьезный общественный разговор. Аргументы в пользу обороны следует предъявлять, как это сделал сэр Ричард, не только как меру предосторожности, но и как восстановление баланса сил: три десятилетия относительного спокойствия после распада СССР были счастливой аномалией, а не, увы, новой мирной нормой.

https://inosmi.ru