Гонзо-​военкоры

Итак речь пойдёт о журналистике.
«Классическая» журналистика стоит на трёх «китах» — верифицированном фактаже, максимальном отстранении от темы самого журналиста и языке понятном большинству аудитории.
И так было очень долго.
Пока не наступил 1970 год и не появился Хантер Томпсон.

Который поехал писать о скачках, но с того места куда он смог попасть — самих скачек тупо не было видно и он написал об … атмосфере вокруг скачек. Нет, результат он тоже привёл. Но совершенно наплевал на все устои журналистики — он описывал своё отношение к увиденному. И даже давал этому свои оценки. Да ещё и оценки с точки зрения пьяного человека.
Хантер вообще имел славу человека перепробовавшего все известные наркотики, не говоря уже об алкоголе.
Вот так и родилась гонзо-​журналистика.

Если «классическая журналистика» делает упор на фактаж и события, то стержень гонзо-​журналистики это подача читателям эмоций. Да не просто эмоций, а эмоций «под напором».
Этакий эмоциональный удар.

Вот это и есть основная задача гонзо-​журналистики — погружение читателя и телеглядача в эмоциональную атмосферу события.
И решается эта задача практически всегда без присутствия самого журналиста в эпицентре событий.
Улавливаете?
Без присутствия. Т.е. методом гонзо-​журналистики является реконструкция.

Что это означает?
А то что в гонзо-​журналистике почти всё — постановка.

Да. да — для усиления главного эффекта: эмоционального воздействия на аудиторию.
В применении к военкорам — глупо спрашивать у них были ли они на передовой. Это неважно — были или не были.
Френсис Форд Коппола даже не служил в армии. Но снял шедевральный Apocalypse Now. Тогда как масса людей на передовой побывавших наснимали целые горы киношлака уровня рука-​лицо.
И вот что я вам скажу — это работа не из лёгких и чревата последствиями для психики.
Вы помните «дважды покойного» Бабченко по прозвищу «страшиназапаса»? Он ведь тоже начинал как такой вот гонзо-​журналист, а потом у него улетела кукушка и он стал клоуном.
Или Александра Невзорова?
В любом материале часть его можно, это считается допустимым и чуть ли не хорошим тоном — потратить на паблик релейшн самого себя или какого то заказчика.
Нужно только соблюдать пропорции. Самого материала по теме — 90% и 10% PR.
Так вот с Невзоровым случилось почти то же что и с Бабченкой — у него «протекла крыша» и он перестал ощущать пропорции в своих «материалах». Почти весь материал у него стал тупо пиаром самого себя любимого.
Это — профессиональная смерть.

Так что вот такое выгорание на этой работе — профессиональный риск.
Это непростая работа. И сложная в психологическом плане.
Гонзо-​военкору надо ЧУВСТВОВАТЬ материал – а это совсем другое. Он рассказывает о войне тем, кто сидит на диване – и ему надо сделать это так, чтобы донести до людей, никогда там не бывавших, хотя бы частицу понимания. Даже не правды – нахрен никому не нужна “окопная правда”.

В гонзо-​журналистике не обходится и без крайностей — вы же помните кадры «отравленных Асадом» сирийских детей?
Это — тоже гонзо-​журналистика. Крайний случай. И съёмки в Буче — тоже.
Ну и надо ещё понимать, что есть и вторичное — вокруг военкоров тут же образуется слой из военблогеров которые обсуждают уже не войну а самих военкоров.

Берег и где то возле горизонта — туча чаек истошно вопящих и мечущихся в воздухе.
Вот так выглядит информационная картина любого значимого события.
Если вы будете слушать крики и вопли отдельных чаек — вы нихрена не поймёте вообще: что произошло как и где.
А потому что каждая чайка орёт о своём.
Ещё раз — не о событии, а о своём переживании вызванном то ли событием то ли чем то, что с этим событием и не связано вовсе — может у неё лапа просто разнылась из-за погоды.

А вот вам прямо-​таки пророческий кадр из фильма про гонзо-​журналистику:

Кстати Депп в память о своём друге Хантере носит на шее знак «gonzo».

ZIL.ok.130
https://aftershock.news