Чернеет парень одинокий/В дурмане клуба голубом. Макрон в Африке: история одного скандала

И кому, спросите вы, интересны похождения Макрона в Экваториальной Африке? Для тех из нас, кто институтов имени Патриса Лумумбы не заканчивал, Африка — это родина доктора Айболита, а Габон — темнокожий брат Гондураса. Отличить же Демократическую Республику Конго от недемократической Республики Конго (РК) разве что Сергей Лавров сможет. По мне, так хрен редьки не слаще: что в одном Конго, что в другом не в меру упитанные президенты управляют безнадежно тощими подданными.

Но именно в эти страны Черного Континента направил свои белые стопы французский президент. Официальная версия миссии: исправлять ошибки колониального прошлого и неоколониального настоящего.

Мы же, люди к журналистскому пулу Макрона отношения не имеющие, скажем прямо: после изгнания Франции из Сахеля (Центрально-Африканской Республики, Мали, Буркина-Фасо) сохранить зримость своего присутствия в Африке французам осталось возможным только там, куда «вaгнepoвcкий» Макар телят не гонял. По крайней мере, пока не гонял.

По замыслу, этот вояж должен был явить миру новую Францию. Не высокомерную, заносчивую и алчную (плюс миллион аналогичных эпитетов на ваш вкус), а ту, что без патернализма и нравоучений, ратующую за равноправное партнерство и продвигающую по планете демократические ценности (господи, о чем это я?).

Вот только страны для поездки дипломатическая служба Макрона (фото внизу) выбрала для этой цели малоподходящие и недодемократичные, даже по африканским меркам.

Судите сами, в Республике Конго президент Дени Сассу-Нгессо, бессменно у власти с 1997 года. В Габоне вообще правит наследственная президентская династия во главе с Али Бонго.

Да и в Демократической Республике Конго (ДРК) передача власти Феликсу Чисекеди по результатам президентских выборов в 2019 году тоже произошла, прямо скажем, не без шероховатостей. Бывший в ту пору министром иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан окрестил приход к власти Чисекеди — «компромиссом на африканский манер», чем привел конголезцев в ярость, не без оснований посчитавших эти слова расистскими.

Как это ни удивительно, вот из-за этой знаменитой фразы Ле Дриана, произнесенной им еще в 2019 году, и произошел скандал, переросший в публичную перепалку между Макроном и президентом ДРК Феликсом Чисекеди.

Если в первых трех странах (Ангола, Габон, Республика Конго), которые почтил своим присутствием французский президент, все прошло более чем гладко, там экономический интерес (нефть в Анголе, природные ископаемые в Габоне) не позволяли Макрону хамить, то заключительная конференция в ДРК стала политическим фиаско не только для французского президента, но и для Франции в целом. К слову, государственный ТВ France24 показал только купированную версию пресс-конференции.

В один из моментов журналистка из пула Макрона задала ему откровенно провокационный вопрос: «Не опасается ли президент Франции, что на грядущих выборах в Конго (РДК), вновь повторится сценарий «компромисса на африканский манер», — то есть непрозрачно намекнула на возможность подтасовки результатов выборов в пользу действующего президента Чисекеди.

И тут президента понесло. Только не Макрона, а Чисекеди, который обвинил французов в двойных стандартах, в высокомерном отношении к африканцам, в стремлении учить их уму разуму. Далее цитата: «Почему, когда допускаются нарушения на выборах в США, никто не говорит про компромисс по-американски? Почему, когда всплывает, что во Франции на выборах проголосовали уже умершие люди, никто не говорит про компромисс по-французски? Зато, когда мы требуем от Франции осудить Руанду за помощь конголезским террористам, вы тут же начинаете «по-французски» увиливать?»

Да, с Руандой и на самом деле нехорошо получилось. В Конго (ДРК) от Макрона ожидали однозначного осуждения этой страны за ее помощь повстанцам из группировки М-23, которые очень сильно досаждают властям на востоке страны, терроризируя местное население. Не дождались.

Уже весь мир осудил Руанду, но не Франция. Причина: французская армия постепенно уходит из Африки, и именно армия Руанды помогает правительству Мозамбика защищать от исламистов ту часть его территории, где на громадных газовых месторождениях французская «Тоталь» добывает газ. То есть Руанда фактически охраняет интересы французского бизнеса в Мозамбике, что, впрочем, не мешает ей одновременно помогать и конголезским повстанцам из группы М-23.

После отповеди президента Конго Макрон, спасая лицо, в долгу не остался. До конца не ясно, что стало причиной срыва европейского гостя, то ли жара, то ли прошедшие в столице Киншасе накануне его приезда антифранцузские демонстрации с российским флагами на них, но французский президент завелся.

Он прямо заявил всем присутствующим (на фр.) и президенту Чисекеди: «C 1994 года (год «геноцида» тутси в Руанде — Баск) Франция сняла с себя ответственность за происходящее в регионе, и с этого времени вы (конголезцы) должны были восстановить свой суверенитет: военный, в вопросах безопасности, административный. Но вы оказались не способны сделать это! И это непреложный факт! Поэтому не надо искать виновных в других странах… не обвиняйте Францию в вещах, которые зависят только от вас!»

Скандал, одним словом. До драки дело не дошло, но народ в социальных сетях после этих слов Макрона кипел: «Ну, и где эта обещанная нам новая Франция?»

Итоги пресс-конференции и поездки Макрона в целом наиболее ярко подвел в передаче на SudRadio журналист Эрик Ревель: «Да, Макрон сказал правильные вещи, но в совершенно неприемлемой обстановке — публично, такие вещи можно говорить только с глазу на глаз, но никак не перед камерами!

Я пять лет сопровождал (президента) Миттерана в международных поездках и ни разу не видел, чтобы французского президента отчитывали так, как это сделал Чисекеди. Дипломатически турне Макрона оказалось полным фиаско. Мы сейчас на грани того, что нас изгонят из большинства стран Африки, где мы пытались оказать помощь в борьбе с терроризмом.

И, похоже, до Франции начинает доходить, во что она превратилась. Мы рассорились с Австралией из-за подлодок, мы рассорились с Германией из-за атомной энергетики. Мы умудрились одновременно разругаться с непримиримыми врагами — Марокко и Алжиром. С Марокко — из-за дружбы с Алжиром, с Алжиром — из-за нашей недружественной визовой политики. Мы рассорились с частью Европы и с почти что со всей Африкой! Китайцы, русские и американцы нас ни во что не ставят! Где ты, Франция? — Вот как стоит вопрос!» (конец цитаты)

Не знаю, где была Франция, но вечером того же дня ее президента видели в клубе в популярном квартале Киншасы, в белой рубашке и с бутылкой пива в руках, обнимающегося с местной звездой — певцом Фалли Ипупа.

Вылазка «в свет»: что это было? Тщательно продуманная «операция соблазнения», которая по замыслу девчонок из дипломатической ячейки президента должна была завоевать ему сердца молодых африканцев? Или же это была частная инициатива — «отрыв» вырвавшегося на свободу командировочного Макрона? История умалчивает.

Эпилог

«Жениться ему надо», — читалось в задумчивом взгляде кота, изучающего на экране стоп-кадр с обнимашками Макрона и Фалли Ипупа.

— Так, женат же уже, вроде?

«Ну, тогда пусть замуж выходит».*

* — мнение кота не всегда совпадает с мнением его хозяина.

Франция Баска (La France de Basque)
https://dzen.ru