Вслед за Венесуэлой Россия берётся за Ирак

На днях я опубликовал материал, в котором дал краткий анализ сотрудничества России и Венесуэлы в нефтяной сфере:

Миллиарды прибыли для России. Борисов занялся венесуэльской нефтью

Напомню, вице-премьер Юрий Борисов возглавляет российско-венесуэльскую межправительственную комиссию. Помимо этого, в правительстве Борисов курирует ТЭК.

Теперь появляется информация о проектах России в Ираке. Как и в венесуэльской истории, межправительственную комиссию с этой ближневосточной страной возглавляет Юрий Борисов

В настоящий момент идет самая настоящая борьба за углеводородные месторождения Ирака. В отличие от Венесуэлы, ситуация в Ираке не так благоприятна для России. Если у Мадуро фактически нет выбора, и положиться он может только на Москву и Пекин, то Багдад великолепно работает со всеми: и с США, и с Европой, и с Китаем, и с Ираном, и с Россией.

На этом фоне конкуренция за богатые запасы углеводородов Ирака чересчур высока. Для начала отмечу, что в настоящий момент в Ираке работают три российские нефтяные компании: Лукойл, Газпромнефть и Роснефть. Но, в основном, добычу ведут первые две. Роснефть пока что больше занята разведывательными и буровыми работами.

Рассмотрим конкуренцию за углеводороды Ирака на примере газового месторождения Мансурия, запасы которого оцениваются в 130 млрд. кубометров газа.

В 2010 году правительство Ирака заключило концессию с турецкой компанией TPAO на разработку Мансурии. Было создано совместное предприятие, куда помимо TPAO и иракской госкомпании Midland Oil вошли кувейтская Kuwait Energy и корейская Kogas. Две последние занимались финансированием проекта, а разработка и добыча была за турками.

Но TPAO провалила проект. О причинах сказать сложно. Скорее всего, имел место недостаточный уровень компетенций.

В связи с этим, месторождение Мансурия предполагается, как говориться, отдать в другие руки. Варианта три: Газпромнефть, Роснефть и французская Total.

При этом, наиболее предпочтительные шансы у Газпромнефти как компании, непосредственно аффилированной с российским газовым гигантом, ведь добывать придется именно голубое топливо.

Не исключено, что в данной истории Борисов постарается реализовать венесуэльскую схему, согласно которой Ирак отдает российской компании углеводороды, а взамен получает наши промышленные товары. Учитывая то, что Ирак является крупным покупателем российской продукции ВПК, данная схема может быть выгодна обеим сторонам.

К примеру, концессия между Midland Oil и Газпромнефть заключается в соотношении 60 на 40. Из иракской части половина газодолларов идет на закупку российской продукции. В результате, не приложив никаких усилий, Багдад получает необходимые товары, просто допустив до разработки месторождения российскую госкомпанию

Результаты тендера на Мансурию будут объявлены к конце года. Об его итогах я обязательно проинформирую читателей. Конечно, говорить о том, что Мансурия принесет России какие-то огромные прибыли неправильно, но нам важен сам подход к политике государства на данных направлениях. Государственный капитализм диктует необходимость расширение экономического влияния и наращивания прибыли госкомпаний во внешних проектах. Затем эти деньги аккумулируются внутри страны и вкладываются в перспективные проекты развития.

Константин Двинский
https://zen.yandex.ru/media/dvinsy