Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
Мирный по обычным меркам финал холодной войны 1946-1991 годов делал неизбежным возобновление конфликта в исторической перспективе. Главная причина – страны Запада во главе с США не могли смириться с тем, что их враг вышел из конфликта непобежденным.
35 лет со времени драматических событий августа 1991 года в Москве – это наиболее точное обозначение исторического интервала, отделяющего нас от завершения эпохи, получившей название «холодная война». Просто потому, что провал последней попытки сохранить СССР сделал продолжение этого военно-политического противостояния совершенно невозможным: один из его участников теперь уже совершенно точно оставлял поле боя противнику.
Все остальное, включая многочисленные громкие декларации и совместные заявления тех лет, представляет собой только ритуальное оформление произошедших фактических изменений. Суть зафиксированных в декабре 1991 года изменений была в том, что СССР/Россия оказался более не способен сохранить необходимую для продолжения борьбы материальную базу. Это произошло в силу целого ряда причин, среди которых на первом месте было исчерпание эффективности существовавшей в Советском Союзе модели государственного управления.
Неизбежное в этих обстоятельствах решение о прекращении борьбы было принято в Москве добровольно, что разительно отличалось от всех предыдущих опытов завершения геополитических противостояний сопоставимого масштаба. СССР/Россия не оказались разгромленными в военном и даже политическом отношении. Это, с одной стороны, было неизбежно с учетом уникальных особенностей холодной войны, а с другой – стало причиной для возобновления уже в скором будущем подготовки к новому раунду борьбы, что само по себе стало фактором, его приблизившим.
Иными словами, мирный по обычным меркам финал холодной войны 1946-1991 годов делал неизбежным возобновление конфликта в той или иной исторической перспективе. Главная причина – страны Запада во главе с США не могли смириться с тем, что их враг вышел из конфликта непобежденным. Именно это стало непреодолимым препятствием для того, чтобы уже новая Россия смогла стать участником созданного ранее для борьбы с ней мирового порядка.
То, что именно внутренние изменения в СССР стали финалом холодной войны, объясняется природой самого этого противостояния – уникального по меркам истории человечества, которая на самом деле есть хроника вооруженных конфликтов.
Мы видим сейчас, как сокращается глобальное влияние США, хотя эта страна и остается пока сильнейшим членом международного сообщества – внутренний беспорядок и конфликты делают внешнюю политику неэффективной даже в условиях успеха отдельных предприятий. Также хорошо известно, что для современного китайского руководства важнейшим приоритетом в отношениях с Россией и любыми иными внешнеполитическими партнерами является содействие внутренней стабильности и развитию – тому, что обеспечивает устойчивость власти Коммунистической партии.
Во-вторых, после получения США и СССР больших арсеналов ядерного оружия фронтальное военное столкновение между ними стало политически нерациональным – погибли бы обе стороны. Поэтому вся холодная война велась в режиме того, что яркий американский дипломат Джордж Кеннан определил в 1946 году как «сдерживание» – противостояние Советскому Союзу по всем фронтам, ограничение его возможности развиваться и обеспечивать свои внешнеполитические интересы, но без создания риска прямого столкновения.
Однако не нужно заблуждаться – холодная война была именно войной, и для противников СССР единственной целью была его нейтрализация. А на самом деле – разгром России, просто на том историческом периоде выступавшей в политическом и экономическом формате советского государства.
Так что для Запада холодная война с СССР была именно войной с Россией, а не способом с ней мирного сосуществования. Или, тем более, формой международного порядка, о чем мы часто любим порассуждать в наши дни. Спору нет, взаимная угроза СССР и США создавала между этими державами культуру взаимного уважения и поиска мирных решений даже самых сложных ситуаций. Но это, для Запада по меньшей мере, не отменяло основной стратегической цели, которой было подчинено все, – победы над противником.
Поэтому случившееся 35 лет назад было воспринято Западом именно как достижение основной цели своей политики. Но, одновременно, не убедительная и не окончательная победа. Именно эта двойственность определила его последовавшее отношение к России и решения, которые привели к возобновлению конфликта в середине 2010-х годов. И оба ближайших исторических примера «примирения» участников мировых войн – участие Франции в Венской системе и присоединение ФРГ к НАТО и Евросоюзу – тут совершенно не годятся.
В первую очередь потому, что обе эти державы были именно побеждены в военном отношении, а уже потом включены победителями в созданный по итогам противостояния международный порядок. Россия (СССР), как мы знаем, борьбу проиграла, но побеждена не была и вышла из холодной войны в справедливом убеждении, что все происходящее – продукт нашей доброй воли. Нет оснований думать, что кто-то во Франции в 1815-м или, тем более, в Германии в 1945-м мог бы рассуждать таким же образом.
Но были и другие, не менее важные обстоятельства. В том случае, если речь идет о включении Франции в систему, созданную победителями Наполеона Бонапарта, то собственно Парижу там отводилась исключительно пассивная роль. Дело было в том, что участники антифранцузской коалиции – Россия, Британия, Австрия и Пруссия – немедленно разругались между собой, и им была нужна Франция как нейтральный и не претендующий ни на что участник «концерта». В начала 1990-х годов коалиция стран Запада была единой, как никогда ранее в истории, и жестко управлялась в рамках интегрированной вертикально системы НАТО во главе с США. Ни о каком внутреннем конфликте, где Россия могла бы стать балансиром, речи не могло даже идти.
И уже тем более совершенным абсурдом было бы сравнивать Россию в 1991 году и ФРГ после Второй мировой войны, видеть во включении последней в НАТО и Евросоюз пример гарантий от возобновления конфликта. Просто потому, что к моменту создания обеих организаций Западная Германия находилась под иностранной военной оккупацией и ее внешнеполитический суверенитет остается ограниченным и по сию пору. Стоит ли говорить, что в случае с Россией о таком даже думать было невозможно.
Но, повторим, важнейшая причина того, что мирное завершение холодной войны 35 лет назад сделало практически неизбежным возобновление противостояния в наши дни – это неспособность Запада принять факт того, что Россия вышла из борьбы непобежденной. И именно желание добить нас тем или иным образом стало практически сразу же основным двигателем политики США и Европы на российском направлении.
В первую очередь это проявилось в расширении НАТО – территориальной базы, которую можно использовать в рамках будущего конфликта. Решение о начале экспансии блока на восток в рамках «политики открытых дверей» было принято в январе 1994-го: всего через два года после того, как в Беловежской пуще зафиксировали смерть державы, последняя попытка сохранить которую была предпринята ровно 35 лет назад.
Тимофей Бордачёв
https://vz.ru