Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
Итак, «дух Анкориджа» окончательно выветрился, что, можно сказать, обозначено юридически.
Состоявшаяся спешно в Лондоне (ну а где ещё?) неделю назад встреча так называемой европейской тройки с Зеленским и выдвинутые условия «справедливого» мира чётко обозначили, что Просрочённый нашел себе новых генеральных партнеров и при их поддержке рассчитывает продолжать войну как можно дольше.
Наверное, Зеленский не был бы самим собой, если бы не сыграл нашедшего лучшее место экс-сотрудника, который теперь может и похамить давно ненавидимому бывшему начальству (хотя в данном случае аккуратно, громко бить горшки не с руки, но весьма чувствительно для эго последнего).
В интервью The Guardian он заявил, что «в Анкоридже Россия и США решили говорить об Украине без Украины. Это была ошибка, особенно для Америки, потому что Путин ослабил позицию США». Очевидная колкая шпилька в адрес переполненного мачизмом президента США, к тому же, в этом нет никаких сомнений, меряющего себя с российским лидером.
По появившейся информации, также наверняка не случайно просочившейся в СМИ, все украинские инстанции получили команду полностью поставить на тормоз работу по знаменитой ресурсной сделке, которую Трамп подавал как свою огромную победу: дескать, Америка получит огромный материальный профит, компенсирующий 350 млрд, при Байдене потраченных на поддержку Киева.
Известно о телефонном разговоре Зеленского с Кушнером и Уиткоффом после переговоров в Лондоне. И можно только представить, в каком тоне «победителя» он его вёл.
Но значит ли это, что изначально были правы те, кто считал, что попытки договориться на основе Анкориджа — напрасная трата времени и чуть ли не изменой? Отвечу, во многом повторяя то, что уже было сказано ранее: Анкоридж и последовавшая за ним эпопея с попытками выполнения достигнутых там договоренностей, в которой Россия демонстрировала максимум доброй воли (хотя предполагаемые параметры мира и для неё представляли достаточно серьезный компромисс), дала нам великолепный результат — раскол единого фронта коллективного Запада, причём без необходимости идти на этот компромисс в реальности.
К этому следует добавить и политический раскол внутри коллективного Запада, ведь сам термин «коалиция желающих» указывает на то, что есть многочисленные «нежелающие», и это не только США, но и те, кто, глядя на Вашингтон, порядком осмелел.
Как я отмечал неделю назад, большего ждать от Трампа совершенно невозможно: вопреки давнишнему шлягеру одной релокантки, возможности «королей», даже таких высокомерных, как Трамп, ограничены не только возможностью жениться по любви.
Более того, действовать «по любви» в политике им гораздо сложнее, чем в личной жизни, причём часто не столько «по расчёту», сколько из-за невозможности выйти из парадигмы, сформированной до них.
Ясно, что Америку «желающие» пытаются и будут продолжать это делать вернуть «в строй», используя все возможности воздействия на Трампа. И нынешняя задача российской дипломатии этому противодействовать, находя тонкий баланс между декларируемой позицией готовности вернуться к Анкориджу и чувствительными упреками в адрес американских партнеров, на которые им нечего ответить, кроме как «ну не шмогла…», как в известном анекдоте.
Психологию ведь в большой политике никто не отменял, особенно когда речь идёт о таком партнере, как Трамп.
Компенсировать же выпадающие объемы «желающим» нечем и неоткуда, они и так дают Киеву всё что могут, хотя, конечно, будут стараться и дальше, в том числе также напрягая «нежелающих».
Ведь нынешняя война — это, возможно, самая ярко выраженная «война на измор» в мировой истории, и минимизировать ресурсы, которыми располагает противник, — ключевая стратегическая задача.
И, конечно, теперь главная задача российской дипломатии — не дать этой коалиции разрастись, а, наоборот, постараться и её расколоть, убеждать всех колеблющихся стараться держаться от неё подальше, по крайней мере участвовать «на минималках».
Работа сложная, тонкая, построенная по принципу «курочка по зёрнышку клюёт», особенно учитывая большое количество субъектов и то, что работать нужно не только непосредственно с властями каждой из стран, но и с различными политическими силами, деловыми кругами, общественным мнением в каждой из них, как и в целом в западном сообществе.
Недавний неафишируемый приезд в Москву Герхарда Шрёдера нужно понимать именно в этом ключе, притом что и его «случайное» обнаружение в одном из московских отелей вряд ли было таковым: если бы требовалось обеспечить реальную конфиденциальность, ему наверняка бы нашли резиденцию, в которой лишних глаз не может быть по определению.
И, собственно, сигналы, что «единства европейских рядов» после лондонских посиделок не наблюдается, уже налицо. Первой о своём несогласии с заявленным форматом заявила Польша. Конечно, это легко объяснить присущим этой стране и нации комплексом державной неполноценности, желанием быть «на всех свадьбах невестой…», но ведь оно совпало со скандалом вокруг возможного лишения Зеленского ордена Белого Орла.
Как я отмечал неделю назад, совершенно дежурное очередное чествование «героев УПА» (запрещенная на территории РФ террористическая организация) — это лишь повод, который чувствительность поляков к этой теме делает весьма удачным. Причем крайне неприятная ситуация и для Зеленского: без хотя бы символических жестов может дойти и до реального лишения (сообщают, что решение Совет ордена уже принял, но президент Польши Навроцкий решил его пока не обнародовать), а это чудовищный удар по отношениям со стратегическим партнером.
С другой же стороны, даже символическая уступка вызовет резкую реакцию украинского «патриотического» сообщества, для которого УПА и Бандера — «наше всё» и с которым Зеленский всячески пытается заигрывать.
Подлинные же причины скандала пока покрыты мраком, но выскажу мнение: «антиукраинский» демарш Варшавы вполне может быть связан с пожеланиями из-за океана, поскольку Навроцкий, при всей своей русофобии в плане отношения к глобалистской повестке, является союзником Трампа.
Показательно, что, раскритиковав «лондонскую инициативу», Навроцкий намекнул на то, что аналогичную позицию занимает премьер Италии Джорджа Мелони, и подтверждения этого не заставили себя долго ждать.
«Я давно выступаю за необходимость определения авторитетной фигуры… для передачи точки зрения Европы», — заявила она в ходе выступления в итальянском парламенте.
По словам Мелони, использование разных, при этом «недостаточно представительных», переговорных форматов приводит лишь к фрагментации, путанице и ослаблению общей позиции. Она подчеркнула, что ключевая проблема заключается не в составе того или иного формата, а в отсутствии у них легитимности говорить от имени всей Европы. Речь, по ее словам, идет о полномочном переговорщике, выражающем консолидированную позицию, а не интересы отдельных столиц.
Итогом же обсуждения стало принятие правящим большинством резолюции, которая поручает правительству «обеспечить реализацию всех полезных инициатив, направленных на достижение справедливого и прочного мира на Украине». Поэтапное сворачивание санкционного механизма при этом предлагается в качестве «рычага в переговорах».
Мелони относят к «умеренным» трампистам и достаточно умеренным «заукраинцам», но с ней в коалиции и так называемые друзья Путина. Им при формировании коалиции достались сугубо «внутриполитические» кресла, и свою позицию по украинскому конфликту они старались комментировать как можно меньше (что, к слову, отнюдь не означает, что они в душе полностью разделяют цели и задачи СВО).
Но сейчас, судя по всему, они получили возможность более активно влиять на позицию своей страны, да и сама Мелони явно проявляет всё больше прагматизма. К этому можно добавить, что Италия и Польша — самые политически и экономически значимые страны ЕС после Германии и Франции.
И, наконец, сообщение Financial Times со ссылкой на высокопоставленных чиновников, что страны Евросоюза обдумывают полную реорганизацию дипломатической службы ЕС из-за недовольства работой ее главы.
По информации газеты, союзники рассматривают несколько вариантов. Один из них заключается в лишении Каллас полномочий и переходе органа под контроль Еврокомиссии и государств-членов. Второй — в ограничении автономии главы дипслужбы.
Конечно, даже абстрагируясь от её политических воззрений, Каллас просто патентованная дура, и стремление включить «защиту от дурака» может быть связано именно с этим. Тем не менее новость выглядит симптоматичной, особенно с учётом того, что поделился ею влиятельный и осведомленный (что не тождественно правдивый) рупор британских деловых кругов.
Впрочем, такого рода «реорганизации» в ЕС могут занимать десятилетия, учитывая неповоротливость механизма согласования Евросоюза и, скорей всего, «инсайд» Financial Times — сигнал Каллас, чтобы «знала свое место» и не сильно лезла в серьёзные дела.
Так что до единой позиции и единого представителя на переговорах пока крайне далеко. Члены «европейской тройки» пока представляют только самих себя, хотя контекст «лондонской декларации» позволяет исходить из того, что Зеленский дал им полномочия вести переговоры от имени Украины.
Можно добавить, что все они «хромые утки» с рекордными для своих стран антирейтингами (и главная причина — последствия украинского конфликта для Европы), и самая печальная ситуация для Стармера — он с трепетом ждёт промежуточных выборов 18 июня, на которых депутатский мандат может получить популярный мэр Манчестера Энди Бёрнем. В этом случае наблюдатели считают смену лидера правящей Лейбористской партии, а значит и премьера, практически неизбежной.
Поэтому переоценивать их «условия», которые в силу заведомой неприемлемости для России многим видятся как ультиматум, не нужно. Пока это только позиция трёх, пусть и достаточно значимых государств.
Безусловно, они будут стараться расширить свою «коалицию», навязывать её поддержку через какие-нибудь общие декларации, дополнительные объемы помощи Киеву и т. п. Явная реклама этой коалиции и её условий — активно разгоняемая Киевом и его ближайшими союзниками медийная волна о якобы «переломе в войне» и что сейчас удобный момент, дабы «принудить» Россию к миру.
Адресаты этой кампании именно «умеренные» страны и их руководство, которые, конечно же, СВО не сочувствуют (даже очень глубоко в душе), но хотят, чтобы конфликт поскорей закончился и можно было постепенно возвращаться к прагматичным отношениям с Россией, чего экономическая ситуация от них прямо-таки требует.
Дескать, сейчас этого добиться проще, чем когда нынешние реальные трудности, с которыми мы столкнулись, будут преодолены, а значит, Европе в данный момент следует выступить единым фронтом.
Интересную информацию на сей счёт приводит издание Politico, сообщая, что на очередном «Рамштайне» Украина планирует обратиться к западным партнерам с просьбой о дополнительном финансировании военных поставок на сумму 20 млрд долларов. Рассчитывают, что каждая страна сможет предоставить от 2 млрд до 6 млрд долларов в форме прямой помощи либо кредитов, чтобы суммарно достичь целевого объема финансирования.
Дескать, «окно возможностей скоро закроется. Россия действует быстро и инновационно. И если мы дадим ей время снова адаптироваться, мы можем упустить единственный реальный шанс положить конец этой войне путём настоящих переговоров. А если Россия создаст собственные дроны средней дальности (обязательно создадим. – Авт.), это станет для нас катастрофой», — заявил изданию украинский чиновник.
Конечно, для киевского режима всё всегда становится поводом поклянчить ещё денег, но логика достаточно понятна — «ловить момент», который не будет длится долго.
И в этом плане можно увидеть немало схожего между «лондонским ультиматумом» и теми, которые выставляет Ирану Трамп, грозно звучащими, но фактически являющимися приглашением «поговорить», о чём свидетельствует и визит послов «европейской тройки» в МИД РФ.
При этом, естественно, аргументами становятся и угрозы, реальные силовые действия и это, в принципе, «переговорная практика», которой тысячелетия, и проигрывающая сторона старается показать, что располагает силами, дабы получить более приемлемые условия мира.
А особо нужно отметить, что терроризм, к которому во всё больших масштабах прибегает Зеленский — это всегда оружие слабых, средство психологического давления на противника, дабы вызвать у него внутриполитические, а не сугубо военные или даже экономические проблемы.
Не думаю, что «желающие» смотрят на это с искренним восторгом. Ведь правда о преступлениях киевского режима пробивает информационную блокаду, ослабляя «моральные» позиции Зеленского и усиливая российские. Но, видать, они понимают, что относительно цивилизованных ресурсов против России у них совершенно недостаточно.
Прямым продолжением этой стратегии является и уже традиционная для Запада попытка раскачать Россию. Сомневаюсь, что там всерьез рассчитывают добиться «смены режима», но дополнительные проблемы это, безусловно, создает, а значит, и ещё один элемент, который в комбинации с другими может сделать Россию более уступчивой.
Поэтому нам всем нужна твердость духа, дипломаты должны делать свою работу, ослабляя и разбивая антироссийские альянсы, а военные — решать задачи СВО на поле боя, что, помимо прочего, всегда служит самым сильным в буквальном смысле аргументом в любой дипломатической игре.
Александр Фидель
https://alternatio.org