Путин сегодня Лента новостей России и мира. Аналитические публикации. Новостная лента о политике президента РФ Владимира Владимировича Путина.
России нужен полный суверенитет в микроэлектронике. Президентом поставлена задача – почти удвоить за шесть лет производство электронной продукции. Однако догонять лидеров рынка бессмысленно, считают в правительстве. России предстоит отвоевать свое особенное место на этом рынке. Где Россия делает успехи, а что приходится закупать за рубежом?
России предстоит пройти сложный путь к обретению полного суверенитета в микроэлектронике. Если повторять шаги стран-лидеров, то вряд ли России удастся их догнать, для весомых достижений нам нужны неординарные идеи и решения, заявил премьер-министр РФ Михаил Мишустин на пленарной сессии форума «Микроэлектроника-2025».
Без государственной поддержки в этой сфере нам не справиться. Государство будет компенсировать разницу в стоимости между отечественными и импортными компонентами на начальном этапе освоения производства. Это необходимо, поскольку российские комплектующие часто существенно дороже импортных аналогов из-за меньших объемов серийного производства, пояснил первый заместитель председателя правительства РФ Денис Мантуров. А министр промышленности и торговли РФ Антон Алиханов рассказал о планах субсидировать льготное кредитование под закупку российской электрокомпонентной базы до 10%.
Несмотря на санкции, отрасль шагнула вперед. Объем производства в сегменте российской микроэлектроники за пять лет удвоился и достиг 3,4 трлн рублей. В этом году ожидается превысить отметку в 3,5 триллиона. Президент поставил задачу – за шесть лет довести выпуск продукции электронной промышленности до 6,6 трлн рублей, то есть почти удвоить. Это обеспечит потребности 70 процентов жителей страны, говорит Мишустин. Развитие отечественной электронной промышленности – стратегическая область для РФ, подтвердил он.
Продуктовый портфель решений в микроэлектронике расширился до 36 тысяч позиций, тогда как в 2020 году в портфеле насчитывалось в разы меньше – лишь 2,5 тысячи решений.
В целом только за последние три года в электронную промышленность было вложено свыше 300 млрд рублей. В 2025 году выделено еще более 100 миллиардов рублей. Развитие отрасли требует и высококвалифицированных кадров. Только в следующем году в отрасли будет создано более 3,5 тысячи рабочих мест.
Однако развитие в отрасли идет непросто.
«В советское время микроэлектроника развивалась в рамках единого народно-хозяйственного комплекса. Производство было распределено по республикам. Раздел этой системы в 1990-е годы нанес катастрофический удар по отрасли. После 1990-х годов возобладала глобальная тенденция: не производить все у себя, а интегрироваться в мировые цепочки добавленной стоимости»,
– рассказывает Анастасия Медведева, научный сотрудник Учебно-научной лаборатории искусственного интеллекта, нейротехнологий и бизнес-аналитики РЭУ им. Плеханова.
«Микроэлектроника развита, на самом деле, в немногих странах Запада и Востока, так как требует больших инвестиций. Поэтому ряд стран закупает импортную электронику, а сами сфокусировались на тех отраслях экономики, где у страны есть конкурентные преимущества, например, на туризме, добыче полезных ископаемых, виноделии, сыроварении и т. д. Это рационально с точки зрения рыночной экономики и международной торговли, но не учитывает разногласия между странами, санкции и прочее», – говорит Леонид Делицын, аналитик ФГ «Финам».
Вот и Россия понадеялась тогда на импорт. За время санкций прогресс у нас, безусловно, имеется, но он дается непросто. «Сложность – в системной зависимости, которую нельзя преодолеть быстро. Все факторы – технологии, кадры, деньги – взаимосвязаны. Имеется отставание в техпроцессах. Ведущие мировые производители (TSMC, Samsung) массово выпускают чипы по 3-2 нм техпроцессами. А российские заводы («Микрон», «Ангстрем«) только осваивают 90-65 нм с перспективой на 28 нм. Разрыв в поколениях огромен», – говорит Медведева.
Существует и рыночная проблема – наша продукция стоит в разы дороже. Например, отечественный микропроцессор с производительностью, аналогичной импортному 5-10-летней давности, может стоить в два-три раза дороже, говорит Медведева.
Цена российской продукции выше из-за сразу нескольких факторов. «Во-первых, это маленькие партии производства и, как следствие, высокая себестоимость. Во-вторых, устаревшие линии: это 200-мм пластины вместо 300-мм, которые дают больше потерь и меньше выхода годных кристаллов. В-третьих, высокая доля импортных расходников, часть оборудования приходится закупать по сложным схемам с наценкой. Четвертый фактор – это ограниченный доступ к современным EDA (программное обеспечение для проектирования электроники), из-за чего проектирование обходится дороже и дольше», – говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.
«Производство полупроводников – чрезвычайно сложный процесс, включающий более тысячи процедур на этапах проектирования, изготовления, сборки, тестирования и упаковки. Эти этапы, в свою очередь, зависят от сложной глобальной экосистемы поставщиков ресурсов – от химикатов до программного обеспечения.
Например, для производства некоторых интегральных схем требуется до 500 специальных химикатов. Некоторые из этих этапов производства полупроводников выполняются небольшим числом компаний и экономик. США, Япония, Тайвань – страны, которые во многом сконцентрировали у себя этот рынок. Поэтому идея компенсации между нашими и импортными компонентами – это то, что необходимо делать, чтобы дать развиться отрасли», – считает Антонина Левашенко, заведующая лабораторией анализа лучших международных практик Института Гайдара.
По оценкам участников рынка, отечественный чип может стоить на 30-70% дороже импортного аналога. В отдельных нишах, особенно где требуются массовые изделия на зрелых узлах (например, контроллеры или память), разница может доходить до двукратной. Именно поэтому Минпромторг вводит компенсационный механизм, а иначе серийные заказы на российскую ЭКБ просто не пойдут, ведь заказчики ориентируются на цену, говорит Чернов.
У России есть области, где дела идут очень даже неплохо.
«Хорошо идут дела с микроэлектроникой для оборонной и аэрокосмической промышленности. Для примера, имеются чипы, способные работать в условиях космической радиации, – сложнейшая задача.
Здесь лидируют предприятия типа НИИМЭ и «Микрон», которые выпускают серию чипов «Комитет»», – отмечает Медведева.
Россия может похвастаться конкретными продуктами: радиационностойкими микропроцессорами для космических аппаратов, отечественными ПЛИС, которые уже используются в системах связи Минобороны, и микроконтроллерами для гражданских применений, например, чипы для банковских карт «Мир», добавляет эксперт.
«В России дела идут хорошо в первую очередь в сфере разработки логических интегральных схем (ИС) и микросхем памяти. Также в производство дискретных полупроводниковых приборов, аналоговых ИС, оптоэлектроники, датчиков (ДАО)», – говорит Левашенко.
Однако современную литографию, высокоточную метрологию и часть химии/фоторезисторов России приходится закупать в дружественных странах или ищет обходные пути. И мы по-прежнему не имеем собственного производства 300-мм подложки и части материалов под узлы менее 65 нм», – говорит Чернов.
Скорее всего, мы не будем догонять мировых лидеров, а сфокусируемся на тех направлениях, где собственные решения наиболее необходимы – решения для связи, энергетики, транспортной и оборонной отраслей, согласен Делицын.
Чернов выделает три направления для развития. Во-первых, ставка не только на снижение нанометров, но и на альтернативные подходы, например продвинутую упаковку, многокристальные сборки, интеграцию систем «чиплетами». Такой путь позволит без гигантских вложений в литографию обеспечить рост производительности и функциональности изделий, считает Чернов.
«Второе направление – это широкое внедрение архитектуры RISC-V, где нет лицензионных ограничений. Если государство создаст целую экосистему вокруг этой архитектуры, от библиотек IP-ядер до прикладного софта и серийных заказов, то Россия сможет выстроить собственную школу процессоростроения, независимую от западных лицензий. Дополнительно стоит делать ставку на перспективные материалы, например, на карбид кремния и нитрид галлия для силовой электроники, востребованной в транспорте, энергетике и возобновляемых источниках», – говорит собеседник.
Наконец, ключ к рывку лежит в людях. Без массовой подготовки инженеров-технологов, программистов САПР и специалистов по проектированию любые вливания в оборудование окажутся пустыми, поэтому стране нужны целевые программы по кадрам, заключает Чернов.
Ольга Самофалова
https://vz.ru